Александр Новиков-Янгинов: «С нетерпением жду премьеры фильма «Звезды» на фестивале «Окно в Европу»»

Недавно вы завершили работу над своей первой полнометражной картиной «Звезды». Какие эмоции испытываете?

Наверное, самые сильные эмоции я испытал тогда, когда картина получила поддержку Минкульта, когда мы запускались и когда вместе с оператором Андреем Федотовым писали режиссерский сценарий. Поскольку фильм создавался достаточно долго, то теперь ощущения от завершения работы немного приглушились. Можно сказать, что я уже отпустил картину. Сейчас с нетерпением жду премьеры «Звезд» на фестивале «Окно в Европу», хочу посмотреть фильм на большом экране, почувствовать реакцию зала, пережить ее вместе со зрителем. Я знаю картину с первой до последней секунды, и мне очень интересно понять, сработает ли то, что я в нее закладывал, увидит ли зритель то, что я хочу, чтобы он заметил.

Несмотря на то, что «Звезды» — ваш дебют в полнометражном кино, вы уже достаточно давно в профессии — снимали короткометражные фильмы, работали на ТВ. Почему выбрали режиссуру? Мечтали об этом с детства?

Да, в профессии я действительно давно. С 20 лет занимался в театральной кружке, еще когда жил в Ташкенте. Потом работал ассистентом режиссера у мужа главного режиссера и преподавательницы кружка Елены Владимировны Лопатко, Зульфикара Мусакова, Заслуженного деятеля искусств Узбекистана, в качестве ассистента режиссера. Позже — ВГИК, работа на ТВ-проектах, «Звезды»…

А вообще, можно сказать, что режиссурой я начал увлекаться с детства. Однажды родители подарили нам с сестренкой книгу — оригинал давно потерялся и сейчас я заказал себе такую же через интернет. Она называется «Английский язык в рисунках Уолта Диснея». Я попросил свою маму срисовать какого-нибудь персонажа, но она сказала, чтобы я сделал это сам. Я попробовал — и срисовал сначала слоненка Дамбо. Потом всех остальных героев из книжки. Когда их не осталось, стал придумывать своих персонажей. И конечно, истории для каждого из них. Тогда мне захотелось стать мультипликатором. Но чуть позже, совершенно случайно, я наткнулся на фильм о том, как снимался «Терминатор 2» Джеймса Кемерона. Ничего не зная на тот момент о режиссере, я влюбился в эту профессию. Это ведь так интересно, создавать какой-то свой мир, погружаться в историю, в жизни персонажей.

Что дала вам учеба во ВГИКе? Как считаете: важно ли режиссеру получить высшее образование?

Я считаю, если у тебя есть внутренний стержень, то режиссуре, как любой другой профессии, можно научиться, и без специального образования. Например, я очень горжусь своим товарищем, Мишей Бородиным, с которым мы знакомы еще в Ташкенте. По первому образованию он, как и я, железнодорожник, но потом начал работать на ТВ, занялся рекламой и на вырученные деньги стал снимать фильмы. Ремеслу Миша учился самостоятельно. В этом году его короткометражная картина «Я нормальный» попала в программу Каннского фестиваля.

А я — очень ленивый человек. Но так получилось, что по жизни меня окружают люди из кинематографической среды, которые многое рассказывают мне о режиссуре. Что касается ВГИКа, то это совершенно особое, уникальное место, где люди, по большей своей части любят и интересуются кино, где 24 часа в сутки ты занимаешься любимой профессией, поскольку другого выхода у тебя просто нет. Институт дал мне определенный опыт — репетиций, съемок, работы с актером. Здесь я приобрел друзей, с которыми до сих пор общаюсь. Очень здорово, что многие ребята с нашего курса и с операторского факультета работают по профессии, снимают кино. Про них выходят интервью, рецензии на их фильмы… Это, правда, невероятное ощущение. Будто сейчас приходит новая эпоха, будто это наше время…

Чем вас зацепил сценарий Алексея Житковского? Почему решили взяться за постановку?

На самом деле, можно сказать, что по жизни мне все дается просто и получается как-то само собой. Я всегда говорю, что так сошлись «Звезды»: однажды мне позвонили из Продюсерского центра «ВГИК-Дебют» и предложили стать режиссером на проекте. Если говорить честно, то я прочитал этот сценарий — диплом Леши Житковского — еще в 2011 году. Мне его подсунул Ваня Перекатов из мастерской Масленникова, и подмигнул — мол, тебе понравится. Прочитав, я понял почему: главный герой, как я, из Узбекистана, и по сюжету тоже едет в Москву. Сценарий, действительно, мне понравился, но надо сказать, что, когда я взялся за работу, мы с Андреем Федотовым достаточно сильно его изменили. Изначально история была драматичной. Нам же хотелось сделать из этого материала трагикомедию. Вообще, фильм, который направил меня в творчестве — «Достучаться до небес». Он вызывает смех сквозь слезы. Мне кажется, что смешное и трагическое — очень близкие и родственные друг другу вещи. В сценарии Леши тоже был заложен юмор — например, сцена, где главный герой Юрий по прозвищу Гагарин, которому приходится стать строителем, принимает ванну в чужой квартире, где он работает. Я решил, что раз уж автор сам шутит, то юмор в этой истории может быть уместен. И мы с Андреем просто добавили его в сюжет.

Какой основной «месседж» в фильме? Что самое важное вы приобрели, работая на проекте? Без чего он не мог бы состояться?

Независимо от обстоятельств нужно всегда оставаться человеком. Опыт, замечательную команду, с которой я надеюсь работать и дальше. Без Бога.

Какие фильмы вы видите в качестве референсов картины?

У меня есть любимые советские режиссеры, на чьих фильмах я вырос: Владимир Меньшов, Эльдар Рязанов, Леонид Гайдай. Это режиссеры-драматурги, для которых, прежде всего, важна история и персонажи. Мне это очень близко. Наверное, можно сказать, что фильм «Звезды» сделан в духе советских комедий, но прямых референсов у него все-таки нет.

Вы уже сказали о том, что, как и главный герой фильма — родом из Узбекистана. Близок ли вам этот герой? Расскажите о том, как создавался его образ.

В какие-то моменты мне хотелось, чтобы главный герой Гагарин был похож на моего папу. Но поскольку у папы был все-таки немного другой характер, то от него для персонажа я взял только какие-то внешние черты, то как он одевался, к примеру. Естественно, в образ героя очень многое привнес Виктор Иванович Сухоруков, я же больше занимался драматургией. Изначально у нас была такая проблема: нам казалось, что в сценарии не происходит развития персонажа. Поэтому мы добавили сцены, в которых герою приходится принимать важные для всего действия картины решения. Дело в том, что Юрий относится к типу людей, верящих в добро, в Бога, доверяющих ситуации и людям (наверное, можно сказать, что в этом мы похожи с главным героем). Наш персонаж не боится в любых обстоятельствах оставаться человеком. И именно в этом заключается основное действие героя — у него есть внутренний стержень, своя позиция, которой он придерживается до самого конца.

Расскажите о работе с Виктором Сухоруковым. Как удалось уговорить его сняться в фильме? Как именно он помогал выстраивать образ героя, что нового привнес?

На самом деле, все случилось очень просто. Однажды, когда я шел на Мосфильм, вдруг вспомнил фильм «Сынок», в котором Виктор Иванович играет тихого любящего отца, и увидел его в образе нашего героя. Позвонил ему. Виктор Иванович прочитал сценарий, и он ему очень понравился. Вот и вся история.

Виктор Сухоруков — настоящий профессионал своего дела. Меня поразило то, как он работает, его невероятная энергия. Каждый раз, когда я предлагал ему присесть во время съемок сцен с другими артистами — он отказывался. Артист был настолько сосредоточен и вовлечен в процесс, что даже не мог сидеть. Виктор Иванович многое мне подсказывал, и мы часто спорили. Но я безмерно благодарен ему за то, что даже если он считал меня неправым, в итоге соглашался со мной. Сейчас я понимаю, что в каких-то моментах, действительно, был неправ.

Он привнес в образ героя очень многое, но сейчас мне вспоминается одна его находка. Виктор Иванович предложил, что в момент, когда герой нервничает, у него начинают трястись руки, и он постоянно ими что-то делает. Это маленькая деталь, и навряд ли зритель заострит на ней внимание, но я считаю, что в этом и заключается профессионализм — в нахождении каких-то мелочей, которые дадут понимание того, что происходит с персонажем.

Также свои предложения вносили и другие члены съемочной группы. Например, оператор Андрей Федотов в одной сцен предложил, чтобы герой Хаджа, сидящий в пустой комнате, держал в руке полностью истлевшую, практически до фильтра, сигарету. Таким образом, становится понятно, что персонаж настолько погружен в свои мысли, что напрочь забыл о сигарете, зажатой между пальцами. Конечно, опять-таки, простой зритель может не обратить на это внимания, ведь он не знает о том, что снимая сцену, каждый дубль мы раз за разом ждали пока истлеет сигарета и аккуратно, стараясь не стряхнуть пепел, давали в руку актера. Но с другой стороны, как режиссерская, так и операторская, и актерская работа не должны быть заметны в кадре. Зритель должен просто смотреть картину, погружаясь в историю, переживая ее вместе с персонажами.

На роли второго плана вы утвердили известных в Узбекистане артистов Сейдуллу Молдаханова и Маруфа Атаджанова, а также российского актера Амаду Мамадакова. Как проходил кастинг, сложно ли было подобрать артистов?

Сейдуллу Молдаханова я знаю давно, он — очень известный в Ташкенте артист. Но познакомились и начали общаться мы с ним в Москве, оказалось, что у нас очень много общих знакомых. Я называю его дядей Сашей. В картине он играет роль прораба Хаджи. Амаду Мамадаков, снимавшийся в таких фильмах, как «9 рота», «28 панфиловцев» и многих других, исполнил в фильме роль Батыра, владельца рынка. Джона Баханбаева я утвердил практически сразу — на роль молодого гастарбайтера Сабира. Джони родился и жил в Таджикистане. Он — профессиональный каскадер и постановщик трюков. С Маруфом Атаджановым, также известным в Ташкенте, кастинг проходил вообще по видео.

Несколько раз на протяжении картины вы сами появляетесь в кадре…

Во-первых, хотел засветиться (Смеется). Сцену, в которой я появляюсь в качестве дизайнера квартиры, где работает главный герой, мы вместе с Антоном Морозовым, исполнителем роли владельца этой квартиры, придумали на месте, буквально за пять минут. На мой взгляд, получилось очень забавно.

Также в сцене, где Юрий бродит по ночной Москве, так и не найдя своего родственника, у которого должен был поселиться, тот дворник что метет в парке — это я. В кадре — огромный букет желтых цветов, выброшенный в урну. Однажды на железнодорожной станции я увидел пышный букет таких цветов, лежащих в мусоре. Они почему-то запали мне в душу, и я решил использовать этот образ в фильме. Как и голос, говорящий за кадром: «Сережа, я не приду», — это своего рода дыхание города.

Назовите несколько качеств своего характера, которые помогали на съемочной площадке и при работе над картиной. Какими качествами, по вашему мнению, должен обладать режиссер?

Сложно назвать именно качества характера. Я считаю, что режиссер должен обладать определенным профессиональным опытом, быть открытым ко всему новому, уметь находить общий язык с людьми. Не считая опыт, эти вещи нельзя наработать, они либо есть, либо их нет. Если говорить о себе, то для меня очень важно быть в хороших отношениях с коллективом, я всегда стараюсь понять каждого члена группы, найти к нему свой подход. Конечно, здорово, когда команда горит фильмом, так же, как и ты. Именно так случилось на съемках нашей картины «Звезды». Мне повезло работать с настоящими профессионалами своего дела, которым не безразлична судьба фильма. Я не трудился, не тащил всю картину на себе — работа была для меня в радость, надеюсь, как и для всей съемочной группы.

В каком направлении хотите двигаться в режиссуре? Есть желание делать коммерческое кино?

Для меня самое важное в фильме — это история. Мне неинтересно смотреть и снимать картины без сюжета. Я люблю работать с артистами, выстраивать образы героев, создавать свой мир на экране. Намного больше средств художественной выразительности меня волнуют люди, их диалоги и их взаимоотношения. Я открыт ко всему новому и готов экспериментировать, но все-таки хочется снимать фильмы для зрителей, то есть понятные картины с интересным, трогающим за душу сюжетом, с юмором. Что касается жанров, то думаю, что могу работать в любых направлениях, будь то сказка, фэнтези, хоррор или комедия. Я возьмусь за любой материал, если он не противоречит каким-то моим моральным соображениям, и даже если он не будет достаточно глубоким, я постараюсь привнести в него эту глубину.

На мой взгляд, коммерческий успех кино — в его свободе, в его откровенности. Чтобы снимать такие фильмы, нужен определенный талант, знание маркетинга, грамотный продюсер. Это сложно — написать сценарий и снять картину, которая заведомо понравится многомиллионной аудитории. Конечно, такое искусство имеет право на существование, и я обеими руками и ногами за то, чтобы снимать коммерчески успешные фильмы. Но только в том случае, если процесс будет приносить мне не только деньги, но и радость, если я буду иметь определенный уровень свободы. А иначе — все это не имеет никакого смысла.

Уже есть идеи для новых проектов? С кем из продюсеров в дальнейшем вы хотели бы поработать?

Идей очень много, но рассказывать о них не хотелось бы — вдруг украдут? Что касается продюсеров, то я готов к работе, открыт к любым новым предложениям. Каких-то определенных предпочтений у меня нет. Конечно, хотелось бы найти своего продюсера, с которым мы будем на одной волне. Я считаю, очень важно, чтобы между режиссером и продюсером возникли доверительные отношения.

Источник: glossy.ru

Добавить комментарий